Поиск на сайте

положа руку на сердце

Вразумление

Август встретил праздник Преображения Господня тёплым солнечным утром. По сочному синему небу наперегонки бежали ватные облака. Дарья неспешно шла в церковь на праздничную Литургию и, глядя в небо, думала: наверно, ветер гонит облака на восток, чтобы там, на горе Фавор, пролиться благодатным дождём, тем самым утверждая славу Господа нашего Иисуса Христа. Придя в храм, она стала на привычное место: у маленького столика для «теплоты».

Запах яблок и ладана наполнил старый храм

Запах яблок и ладана наполнил старый храм, пропитал каждый изгиб деревянных стен и, сплетаясь с теплом горящих свечей, поднимался вверх к Господу Вседержителю, строго взиравшему с купола вниз, куда, по мнению Дарьи, и смотреть не стоило.

А внизу радуга из зелёных, жёлтых, краснобоких, полосатых яблок наполнила стоящие на скамейках, на полу корзины, пластмассовые яркие ведёрки, целлофановые пакеты, — и всё это постоянно перемещалось по храму, ближе к аналою. Дарья злым шипящим шёпотом пыталась прекратить движение тары с яблоками, но оно, замерев на несколько минут, перемещалось ещё быстрее.

Заканчивалась Божественная литургия, приняли Святое Причастие.

Дарья любила смотреть на лица причастников: сосредоточенные, погружённые в себя, беззвучно произносящие причастный стих, они наполнялись внутренним светом и становились схожими.

Возле столика с «теплотой» образовался затор. Причастники подходили к нему, протягивали Дарье руку, в которую она вкладывала кусочек просфоры, и, смущённо улыбаясь, пытались переступить внезапно выросшую под ногами преграду. Яблочная тара не давала ни отойти от столика, ни подойти.

— Господи, воля Твоя, дайте подойти причастникам к «теплоте»! Держите свои яблоки в руках. Освободите место!

Особенно суетилась старушка в белом с яркими розами платочке. Маленькая, сухонькая, она казалась вездесущей: стояла то слева, то справа, то впереди аналоя и вокруг неё возникало «броуновское движение». Она старалась пристроить ветхую сетчатую торбочку, в которой лежали три яблока. Огромные, краснобокие, налитые соком (вот-вот брызнет!), — казалось, именно эти царские яблоки источают пьянящий аромат, пропитавший всё пространство храма.

Эти царские яблоки источают пьянящий аромат

Старушка, услышав окрик Дарьи, схватила торбочку с яблоками, прижала сморщенными тёмными руками к груди, и было видно, что долго их держать она не сможет. Так и случилось; только Дарья отвернулась, старушка пристроила торбочку рядом с аналоем и смиренно стала поодаль, глядя на Дарью ясными детскими глазами.

Эта детская выходка была последней каплей; терпение Дарьи истощилось: по разгорячённому от жары и беспокойства лицу потекли солёные дорожки обиды и раздражения. Пытаясь сдержать слёзы, она подняла глаза вверх, и Господь Вседержитель сострадательно смотрел на неё.

Из алтаря вышел отец Кирилл и, широко взмахивая кадилом, начал обходить храм. Дарья вновь разволновалась: «Сейчас споткнётся о корзину, и…» Ей хотелось разметать все корзины, вёдра на пути батюшки, воззвать к совести прихожан, навести должный порядок. А отец Кирилл размеренно и величаво шёл по храму, не глядя под ноги. Звонцы на кадиле мелодично в такт шагам звенели, душистый ладан смешивался с ароматом яблок, усиливал дивный запах в храме. «Ангелы ему освобождают дорогу», — облегчённо вздохнула Дарья.

Священник стал на коврик у аналоя, и яблочная тара резко придвинулась к самому краю коврика. После заамвонной молитвы, при радостном пении праздничного тропаря отец Кирилл размашисто совершил каждение плодов. Во время молитвы «во причащении гроздия» всякое движение прекратилось, в храме наступила тишина: ни шороха пакетов, ни стука переставляемых вёдер, — все благоговейно внимали священнику и пению хора, ждали окропления плодов. Дарья сердито смотрела на прихожан: «Главное им — освятить яблоки, о них только и думают, как будто яблоко сделает человека счастливым». Что такое счастье, Дарья тоже не знала. «О Боге не вспоминают». Щемящая жалость к оставленному Богу наполнила её.

Батюшка совершил отпуст праздника, все торопливо разобрали свои яблоки, поцеловав крест и преклонившись праздничной иконе, стали выходить из храма. Дарья, собирая упавшие на пол листики и веточки, продолжала жалеть Бога: «Бедный Ты, Боже, бедный! Яблоки им дороже. Прости им! Они тоже бедные».

Все разобрали яблоки, поцеловав крест, стали выходить из храма

Раздражённая, она покинула храм. На крыльце стояла та самая шустрая старушка в белом с розами платочке, и в её торбочке лежало только одно огромное яблоко. Детские ясные глаза смотрели на Дарью:

— Возьмите яблоко! Оно освящено и очень, очень вкусное.

Маленькая, сухонькая рука протянула Дарье последнее яблоко. Старенькая торбочка сдутым шариком повисла в руке, а старушка продолжила:

— Пётр сказал: Господи! Как нам хорошо! Вот и нам хорошо в Его доме.

Детские ясные глаза ласково смотрели на Дарью.

— Но у вас ничего не осталось!

— Они мне не по зубам. Господь пошлёт мне мягонькое яблочко…

И старушка быстро засеменила по церковному двору. Дарья глядела ей вслед и тихо шептала:

— Благодарю тебя, Господи. Ты показал всем и мне, неразумной, славу Свою!

Спокойная и умиротворённая, держа в руке огромное, душистое, светящееся яблоко, она неспешно пошла домой.

Тамара КОШЕВНИКОВА,

г. Мозырь

Поделиться с друзьями: